Jump to content
Последние новости игр Royal Battle
Sign in to follow this  

Это земля наших предков — они стоят и смотрят на нас

Sign in to follow this  
News bulletin

129 views

С осени 2018 года в Архангельской области и республике Коми идут акции протеста из-за строительства мусорного полигона возле железнодорожной станции Шиес — она расположена на границе двух регионов. Предполагается, что туда будут вывозить отходы из Москвы. Местные жители (даже если они живут в сотнях километров от строящегося полигона) уверены, что это пагубно скажется на природе севера. В Коми экологические протесты способствовали подъему местных националистов. Более того, коми националисты вошли в союз с местными коммунистами и стали вместе противостоять республиканской власти. Спецкор «Медузы» рассказывает, как «мусорные» протесты соединились с социальным недовольством, а также возмущением «колониальной» политикой Москвы.

9 ноября 2019 года в Мичуринском парке недалеко от центра Сыктывкара, столице республики Коми, собрались на митинг около пяти тысяч человек. Это последняя, но не единственная крупная акция протеста в регионе из-за строительства мусорного полигона на станции Шиес — она расположена недалеко от границ республики, примерно в 100 километрах от Сыктывкара.

Над собравшимися развевается несколько десятков флагов — красные коммунистические, сине-зелено-белые республиканские и знамена с зелеными крестами в белой кайме на синем поле (неофициальный флаг коми) — и совсем нет бело-сине-красных. «Не было ни одного российского триколора!» — восклицает один из лидеров движения «Доръям асьнымöс» Сергей Елфимов. На русский с коми название его организации переводится как «Защитим себя».

Планы московского правительства построить полигон для отходов на станции Шиес вызвали в республике Коми не только протесты экологов, но стали катализатором для роста недовольства местных жителей. А еще способствовали подъему национального движения в финно-угорском регионе.

Движение, которое требовало суверенитета республики Коми в 1990-е и потом угасло. А теперь возродилось

Движение под названием «Доръям асьнымöс» возникло еще в 1990-е годы на волне национального подъема после разрушения СССР. «Коми республика — это колония, значит, она должна получить независимость, как, например, Ангола или Мозамбик. Почему негры имеют право на независимость, а коми — нет?» — так говорила о суверенитете коми народа одна из основательниц и многолетняя руководительница «Доръям асьнымöс» Надежда Митюшёва в интервью газете «Вечерний Сыктывкар» в ноябре 1992 года.

В этом же интервью она призывала к увеличению числа коми в депутатском корпусе и исполнительной власти республики, а также к «разрушению монополизма центра» (то есть Москвы). Экономическая политика федеральных властей, по мнению Митюшёвой, вела к «усилению грабежа природных богатств нашего региона» и деградации национальной культуры.

В 2000-х активность «Доръям асьнымöс» пошла на спад — а в 2010-е и организация, и национальное движение в целом, казалось, совсем затухли. Но в 2019 году появилась новая организация с точно таким же названием — «Доръям асьнымöс», — которая объединяет старых и новых коми националистов.

Один из лидеров новой «Доръям асьнымöс» — Сергей Елфимов. Он говорит, что состоял в еще в предыдущей структуре в 1990-е и что у возрожденной организации есть «определенная преемственность». Это еще мягко сказано: риторика и намерения активистов почти идентичны стремлениям Надежды Митюшёвой. Они не заявляют о независимости республики от России, но собираются получить представительство во власти. Первая цель — вхождение в руководство официальной (и подконтрольной региональным чиновникам) межрегиональной общественной организации «Коми войтыр» (по-русски — «Коми народ»). Цель номер два — завоевание на выборах мест в депутатских собраниях крупных муниципалитетов республики, а также в госсовете (региональном парламенте), голосование в который пройдет в 2020 году.

У националистов есть все шансы добиться поставленных целей, они действуют не в одиночку: их союзники — экологические активисты, набравшие силу на протестах против свалки на станции Шиес, а также местное отделение КПРФ, которое находится в жесткой оппозиции региональным властям.

Неофициальная (но вполне гласная) коалиция националистов, защитников природы и коммунистов использует и антимосковскую риторику, похожую на ту, к которой прибегала Митюшёва в 1990-е. А именно: активисты ругают федеральный центр за пренебрежение интересами коренного населения республики Коми. В первую очередь за то, что в школах отменено обязательное изучение коми языка в школах. А еще за налоговую политику центра — ее политики называют «выкачиванием денег из республики».

Сергей Елфимов мало похож на традиционалиста, эксплуатирующего фольклорные образы своего народа. Он приходит на встречу с корреспондентом «Медузы» в ярко-зеленом худи и примерно такого же цвета шейном платке. Вскоре к Елфимову присоединяются соратники по «Доръям асьнымöс» — Галина Удорцева и Николай Удоратин. Все трое наперебой говорят, что в движении нет одного лидера и у каждого своя роль: Сергей Елфимов — «хороший оратор, который воодушевляет людей», Удорцева отвечает за вопросы коми языка и экологии, а Удоратин (он состоит в КПРФ и комсомоле) — ответственный «за политику».

Сергей Елфимов на выборах делегатов «Коми войтыр», 10 октября 2019 года
Дмитрий Степановский / «7×7»

Галина Удорцева и Николай Удоратин называют Елфимова «падре». Это не шутливое прозвище; такое обращение никак не связано и с национальным движением коми. Просто Сергей — лютеранский пастор. «К вере был долгий путь, я руковожу в республике церковью около 20 лет, — объясняет он. — Да, говорят, что надо делить царство земное и царство небесное, но я приезжаю к прихожанам, у меня много прихожан коми, они рассказывают мне о бедах. Я — коми, это мой народ. Когда [наши противники] это упоминают, сразу пишут о деньгах Госдепа». Елфимов тут же добавляет, что оппоненты приписывают ему и его соратникам и других тайных спонсоров — центральный аппарат КПРФ или (непонятно почему) Кремль. «Один вопрос: где же получить эти деньги?» — говорит он и смеется.

За последний год Елфимов и его товарищи не просто воссоздали «Доръям асьнымöс», важнее другое — они стали получили известность и заработали авторитет в республике. Например, Николай Удоратин прославился благодаря разошедшемуся в интернете видеоролику: активист во время одиночного пикета против поставок мусора на север говорит с подошедшими к нему полицейскими; сотрудники спрашивают на русском, Удоратин отвечает на коми — полицейские не понимают и растеряны. Под роликом много одобрительных комментариев.

Еще раньше, в июне 2019 года — на первом массовом митинге против полигона на Шиесе, собравшем в Сыктывкаре около пяти тысяч человек, — Удоратин выступал со сцены. В какой-то момент он стал скандировать: «Тырмас!» — и за ним этот лозунг, который на русский переводится как «Хватит!», подхватила вся толпа.

Активисты пытаются взять под контроль провластную общественную организацию. По конституции республики у нее есть полномочия

Ближайшая цель участников «Доръям асьнымöс» — получить большинство мест в официальном движении «Коми войтыр». С осени и до сих пор в городах и селах республики проходят собрания, где избирают делегатов на муниципальные конференции, а те в свою очередь отбирают делегатов на общий съезд организации. «Доръям асьнымöс» рассчитывает, что смогут отправить на него 80-90 своих активистов — при том, что всего на общий съезд соберутся 208 человек. Эти две сотни человек сформируют исполком — руководящий орган «Коми войтыр», — состоящий из 17 человек, которые затем изберут руководителя всей структуры.

«Коми войтыр» не просто общественная организация — по конституции республики Коми у нее есть право законодательной инициативы в госсовете. В теории это влиятельная структура, которая может выступать от имени всех представителей народа коми. «Многие думают, что „Коми войтыр“ — это вышли в народных костюмах перед губернатором, поплясали и все. А это возможность законодательной инициативы, возможность противостоять незаконной рубке леса, разливам нефти. Движение имеет право надзора, право требовать!» — говорит Галина Удорцева «Медузе». «Не просить!» — добавляет Сергей Елфимов.

В глубинке Елфимову, Удорцевой и Удоратину завоевать поддержку для продвижения в «Коми войтыр» получается хуже, чем в Сыктывкаре. Их кандидаты в столице проходят через выборы на конференциях намного чаще, чем в районах. Как объясняют активисты, это все из-за действий общественников, связанных с региональной властью. Они нередко скрывают место и время проведения выборных конференций, а также приводят на них своих людей. «30 лет „Коми войтыр“ была под контролем власти, но в городе [Сыктывкаре] уже контроль начал теряться — соотношение [наших сторонников и провластных активистов на конференциях] примерно 50 на 50. На одно из последних собраний пришло 200 человек, а это просто собрание в одном из районов города!» — описывает оживление общественной жизни Сергей Елфимов.

Первый секретарь республиканского комитета КПРФ в Коми и глава фракции коммунистов в Госсовете Олег Михайлов заявляет, что обновление общественной организации коренного народа необходимо, потому что «официального голоса коми движения сейчас не слышно», а власть региона встроила общественников в свою вертикаль, назначив на руководящие посты в «Коми войтыр» лояльных людей. «У нас в республике было как минимум три инициативы власти, которые носили антинародный характер, — переходит к агитации Михайлов и перечисляет: — Отменили компенсации за детский сад всем родителям, они остались только для совсем малоимущих, вопрос резонансный — [в 2017 году] прошли митинги в Сыктывкаре и Ухте. [В 2016 году] монетизировали льготы в сфере ЖКХ, например, для сельских учителей. Какое мнение было по этому вопросу у „Коми войтыр“? Их что, не касается, что ли? Голоса нацдвижения не было! И это я не говорю про пенсионную реформу [2018 года], хотя у нас на севере особые условия труда».

Еще на одну болезненную для республики тему — отмену обязательного преподавания национального языка в школах в 2018 году — «Коми войтыр» все-таки отреагировал. Представители общественного движения еще до принятия федерального закона о родном языке встречались с тогдашним региональным министром образования — та объясняла, что преподавание в школах сохранится. Михайлов считает, что общественники в тот раз хоть и выступили, но чересчур мягко. «Они начинают что-то тихонько пищать, но чтобы власть услышала, надо не где-то в подворотне пискнуть, а в нос ткнуть, чтобы увидели эти проблемы», — отрезает глава республиканской КПРФ.

Сам Михайлов приходит на собрания «Коми войтыр», где идет выдвижение делегатов на муниципальные конференции и на сами конференции, которые делегируют представителей на съезд. Он агитирует за кандидатов, не связанных с республиканской властью. Был депутат и на конференции 29 ноября в Сыктывкаре: по ее итогам 12 представителей «Доръям асьнымöс» стали делегатами на съезд, а девять человек от движения вошли в сыктывкарский исполком «Коми-войтыр». Пробиться оппозиционерам во всех смыслах слова было непросто. «Конференция проводилась в мэрии — на пути [у входа в здание] стояли наряды полиции, в самом здании был ЧОП, который устроил фейс-контроль — пускали не всех. Часть наших активистов не отпускали с работы, но многие все равно ушли [чтобы поучаствовать в конференции]», — рассказывает Сергей Елфимов.

Николай Братенков, 2015 год
Страница Николая Братенкова во «ВКонтакте»

Бывший депутат Госсовета Коми Николай Братенков — один из основателей возникшего еще в конце 1980-х годов экологического движения «Комитет спасения Печоры». Он живет в Ижме — далеком северном райцентре, почти 90% жителей которого — коми. Раньше Братенков был главой Ижемского района (с 1993-го по 1999-й и с 2003-го по 2007-й). Он — авторитетный человек в национальном движении и тоже участвует в кампании обновления руководства «Коми войтыр». «[В случае избрания новых людей] будет возможность давить на правительство республики, [добывающую на территории региона нефть компанию] „Лукойл“. До этого власти старались подмять под себя все национальные организации — кого через подачки, кого давлением. Как мы будем жить дальше? Лежать смирно в лодке, как сейчас, или встать в полный рост, понимая, что лодка может покачнуться?» — задается вопросом он.

Братенков, как и его жена Эмилия, редактор самого популярного ижемского сайта и группы «ВКонтакте» «Миян Ижма», — в числе делегатов на главный съезд «Коми войтыр» . Правда, выдвинуты они от Сыктывкара, а не от родной Ижмы. Эмилия Братенкова рассказывает, что в районе, где почти все население говорит на коми языке — и к тому же настроено к власти скептически, собрание общественной организации провели без широкого оповещения о месте и времени — на него пришли только зависимые от власти люди, которые избрали лояльных делегатов. Хотя Эмилия надеется, что даже подконтрольные чиновникам делегаты проголосуют за новых людей, поскольку «здравомыслящие люди есть во многих районах».

Глава исполкома «Коми войтыр» Алексей Габов в ответ на предложение корреспондента «Медузы» встретиться в Сыктывкаре заявил, что находится в командировке и его не будет в городе несколько дней. Общаться по телефону он отказался.

КПРФ победила на выборах в одном из районов республики. Оппозиционеры хотят использовать этот опыт

Ижемский район находится от Сыктывкара примерно в 550 километрах на север. На автомобиле это семь-восемь часов. Можно доехать и поездом, но он идет только до станции «Ираель», а потом все равно нужно ехать на машине или маршрутке еще около 100 километров.

«Можно сказать, что Ижма — это остров. Дорогу в райцентр построили только в 1999 году, поэтому общество тут достаточное замкнутое», — описывает родное село Николай Братенков.

Время здесь тоже течет по-особенному: Братенков обращает внимание, что еще в советское время тут долго сохранялись «кулацкие и купеческие дома» — двух- или даже трехэтажные строения, многие из них стоят и сейчас. Его супруга Эмилия добавляет: «После развала СССР здесь долго на плаву держались совхозы, а по всей стране и республике они уже поумирали». В районе живет в основном коренное население республики — разговоры на улице, в магазинах и учреждениях идут, как правило, на коми.

В эти края народ коми пришел в XVII веке, вытесненный с более южных мест русской колонизацией. С насиженных мест сюда шли самые предприимчивые и выносливые. Они быстро наладили контакт с ненцами и тоже стали заниматься оленеводством, а еще — производством замши и торговлей. Ижма была богатым селом. Удаленность способствовала сохранению языка и культуры коми. Братенковы признают: «Здесь национальный вопрос так остро, как в остальной республике, не стоит».

Беспокоит ижемцев другое — экономический упадок. Свое отношение к власти они демонстрируют явно — после прошедших в сентябре 2019 года выборов в совет депутатов Ижемского района восемь мест из 20 получили коммунисты. «Единая Россия» взяла только шесть мандатов, «Справедливая Россия» — один, а пятеро победителей были кандидатами-самовыдвиженцами. Депутатов при этом выбирали по многомандатным округам, а не по списку, и все выдвинутые КПРФ представители прошли.

Николай Братенков, скорее всего, стал бы девятым депутатом от компартии, но его сняли с выборов за то, что он якобы продолжал числиться в партии «Единая Россия». Сам общественник заявляет, что партию власти давно покинул. Во время кампании он предоставил суду доказательства своего выхода из «Единой России» и привел свидетелей-единороссов, но это не помогло. Сейчас Братенков — неформальный лидер команды, избравшейся в совет. Депутаты приходят к нему в гости, пьют чай и обсуждают планы.

«Люди устали от вранья правящей партии. По телевизору — все хорошо, в газетах — тоже, а это ведь не так», — объясняет причину протестного голосования один из ижемских депутатов-коммунистов Дмитрий Канев. Он приводит самый главный аргумент в подтверждение своей мысли о том, что люди жизнью недовольны: в 1970-х годах в Ижемском районе жили 25 тысяч человек, сейчас — только 17 тысяч.

Поселок Ижма и река Печора
Юрий Осетров / ТАСС
Поселок Ижма, 2015 год
Кирилл Шучалин / «7×7»
Праздник Луд в поселке Ижма
Елена Боброва / Фотобанк Лори

По словам другого депутата от КПРФ Ольги Чупровой, «все развитие Ижемского района заключается в проведении праздников — отметили один, начинаем готовиться к другому». «Уже текущие ремонты [местные чиновники] нам преподносят как заслугу власти. Даже не установку, например, новых детских площадок, а просто ремонты деревянных тротуаров!» — возмущается она. Чупрова — сама бывшая чиновница районной администрации, работала в отделе архитектуры.

«Единороссы во время [избирательной] кампании ездили по селам и деревням [района и говорили про соперников из КПРФ]: „Этих не выбирайте — денег в районе не будет!“ А у нас и так ничего не строится. Даже проектной документации нет [на те объекты, которые нужно строить и ремонтировать], а она нужна, чтобы получить федеральные деньги», — возмущается Чупрова.

Средства району нужны, например, на строительство новой школы. Нынешнее здание состоит из построенных в разные годы частей, а в его основе — помещения, возведенные еще в 1930-х.

Дмитрий Канев хотел бы добиться строительства в райцентре новой лыжной базы — из Ижмы вышел целый ряд чемпионов-лыжников. «Говорят, что в бюджете нет денег, но можно же включить в него дефицит, многие так делают. Я бюджет такой [без расходов на строительство объектов] принимать не буду», — горячится депутат.

10 декабря депутаты смогли сорвать избрание главы районной администрации. Конкурсная комиссия, половину которой составляли представители республиканской власти, отсеяла трех альтернативных участников конкурса, включая бывшего руководителя района Игоря Норкина, которого поддерживали коммунисты. В бюллетене осталась фамилия действующей главы Любови Терентьевой и еще одного, технического кандидата. В итоге девять бюллетеней оказались испорченными.

«Мы же сами его выгнали! — смеется Николай Братенков, говоря о своем фаворите Игоре Норкине. — Он из Ухты, стал сюда на подряды фирмы из Ухты заводить. Тогда поменяли его на местную, но она работает ни шатко, ни валко. Норкин дело знает, если он пройдет, то за ним и от нас будет контроль за каждым шагом, и от единороссов — это очень хорошо».

Теперь в районе будут проводить новый конкурс, через который депутаты от КПРФ вновь попробуют провести своего кандидата. Эмилия Братенкова, которая была депутатом райсовета прошлого созыва, первой неудачной попыткой не разочарована. Она вспоминает, что Игоря Норкина в 2011 году избрали с третьего раза. «Привезла администрация [республики] кота в мешке — мы и выходили [из зала], и голосовали против», — объясняет она.

Действующая глава администрации Ижемского района Любовь Терентьева не стала говорить с корреспондентом «Медузы». Игорь Норкин ответил кратко — что выдвинет свою кандидатуру на новый конкурс.

Кампания против строительства мусорного полигона на станции Шиес объединила членов КПРФ и националистов

Несмотря на то, что ижемцы сами говорят, что живут будто на острове, за событиями в республике они следят. Николай Братенков ездил на станцию Шиес, рядом с которой идет подготовка к строительству мусорного полигона: хотя от Ижмы до туда 700 километров, он решил, что стройка угрожает и ему с его земляками. Депутат Дмитрий Канев замечает: «Когда федеральный центр хочет привезти такой „подарок“ — мусор из Москвы, — это не просто задевает гордость. Нам хочется жить в чистоте».

Сыктывкарских активистов мусорный полигон беспокоит еще больше. Но этот разговор корреспондента «Медузы» как раз из экологического быстро выходит в другую плоскость — на обсуждение отношений между регионом и федеральным центром, а также на проблему сохранения коми языка.

Николай Удоратин из «Доръям асьнымöс» уверен, что если кто в республике Коми и способствует росту сепаратизма, так это Москва. «Нам присылают мусор — от нас забирают ресурсы, — заявляет он и объясняет, что это значит на практике: — Никогда не было, чтобы на севере пенсии были меньше, чем в Москве, а сейчас это так. Даже с надбавками пенсии и зарплаты могут быть меньше, чем в Краснодаре».

Сергей Елфимов касается более глубокого вопроса: «Шиес — это наша земля, изначально это коми-название — „сиес ёль“ [то есть изогнутая река], которое потом превратилось в Шиес. Это земля наших предков — они стоят и смотрят на нас». Оба активиста негодуют, что противники обвиняют национальное движение коми в сепаратизме. «И тролли это пишут в соцестях, и в официальных СМИ намекают. Но мы сразу отвечаем: „Покажите, где мы что-то такое сказали или написали? И все, сразу ответить нечего!“» — негодует Удоратин.

По мнению депутата Госсовета Олега Михайлова, строительство мусорного полигона — «это вообще не экологический, а политический вопрос». «Сама его постановка — мы вам мусор привезем — рождает понятное отношение. Центр несправедлив по отношению к субъектам России, к людям, которые в них живут. Мы что, люди второго сорта, чтобы помойку у нас устраивать? А может мы у вас на дворе помойку устроим? Мы — регион, из которого уходит большое количество ресурсов — в прошлом году 151 миллиард налогов. Мы вам — деньги, ресурсы, даже кадры. Все самое лучше идет туда! Нам — московский мусор», — не сдерживает эмоций Михайлов.

Коммунист несколько раз повторяет слово «несправедливость», а потом уточняет, что экологические последствия строительства полигона на Шиесе тоже надо иметь в виду, но «первочередным все равно будет вопрос взаимоотношений» федерального центра и регионов. «Я против слов „нам обидно“. Что значит обидно? Мы должны бороться. Нас ударили по лицу — а нам просто обидно? Мы тоже можем ответить», — заявляет коммунист.

По мнению депутата, тактически оппозиция стала выигрывать у власти, потому что республиканское руководство и близкие ему структуры не смогли отреагировать на волнующие людей проблемы. «Когда официалы из „Коми войтыр“ молчат — „Доръям асьнымöс“ поднимает вопрос и, естественно, привлекает к себе людей», — говорит политик.

По словам журналиста, исполнительного директора сыктывкарского издания «7×7» Павла Андреева, возмущение после отмены обязательного преподавания национальных языков «было кухонным». А «после „Шиеса“ молчать уже нельзя». «Кто [из политиков] не молчит — получает дивиденды», — считает он.

Глава республиканского отделения правозащитного движения «Мемориал» Игорь Сажин, один из самых авторитетных республиканских правозащитников, называет размещение мусорного полигона в тайге «катастрофой для местных жителей». «Они много времени проводят в лесу. Мясо из леса должно быть, рыба из леса должна быть — домашнее это не мясо для них», — описывает он специфику восприятия людей.

Олег Михайлов уверен, что Шиес — это «последняя точка», после которой начался протестный подъем и обострение национального вопроса в республике. «Первым звонком», по его мнению, был переход к добровольному изучению коми языка. «Тогда еще Шиеса не было, а вопрос уже выплеснулся. Понятно, что в той же Воркуте или Инте, где живет некоренное население, открыто говорят: „Зачем нам этот язык?“ Но если вы здесь живете, остаетесь жить, а не ждете, когда переселитесь, — уважайте традиции местного населения. Если я приехал в любую европейскую страну и хочу там жить, я вынужден учить язык», — заявляет Михайлов (про свою национальность он говорит, что он — наполовину коми).

Коммунисты и их союзники считают одной из основных проблем республики — сохранение культуры титульного народа, а поэтому хотят вернуть обязательное изучение коми языка в школах. «Если этот вопрос не будет двигаться, то Коми тогда станет не республикой, а обычной областью. А республику надо сохранить — какой бы национальности житель ни был, он заинтересован в том, чтобы республика жила: это другой уровень разговора с центром, все жители выигрывают от статуса!» — убежден Николай Братенков.

Ижемский депутат Дмитрий Канев признается, что до службы в армии почти не говорил по-русски. «Понимать — понимал, а вот разговаривал с трудом, — смущенно улыбается он и продолжает: — Мы хотим сохранить язык, культуру, не потеряться в общей массе, не смешаться с ней». 

Сыктывкарские активисты критически относятся даже к устойчивому выражению «Русский Север». «Это российский Север, не русский! Здесь живут и русские, и ненцы, и коми, и саами. Когда к нам на митинги из-за Шиеса приезжают из Урдомы [Архангельской области], то стараются не произносить слово „русский“. В нацреспубликах это очень остро все воспринимается», — замечает Галина Удорцева.

Завоевывать симпатии протестно настроенных людей коми активистам и КПРФ помогает и то, что возглавляет республику Сергей Гапликов. Он — профессиональный чиновник, работавший и в префектуре Восточного округа Москвы, и в правительстве Чувашии, и в правительстве России. Гапликов был главой госкомпании «Олимпстрой», а после завершения олимпийской стройки, Кремль отправил его в Коми, это было в 2016 году. Два предыдущих постсоветских руководителя региона были выходцами из самой республики. Оппозиционеры любят подчеркнуть, что в правительстве Гапликова ключевые посты заняты такими же, как он, приезжими, и что глава республики большую часть времени проводит не в Сыктывкаре, а в Москве.

«Республика как колония, которые были у европейских стран: во главе генерал-губернатор — гастролер, присланный из метрополии, который поработает и уедет», — заявляет в разговоре с «Медузой» Николай Удоратин. Сергей Елфимов дополняет: «Местная власть у нас — ставленники Москвы, люди не видят федерализма как такового».

Николай Удоратин (с синим плакатом) на митинге в Сыктывкаре. 2 июня 2019 года
Страница движения «Доръям асьнымöс» во «ВКонтакте»

Коммунист Михайлов проводит аналогии с поздним СССР и вспоминает «„варяга“ в Казахстане». «С назначения чужаков в нацреспубликах все [распад СССР] и начиналось. До Гапликова главы здесь хотя бы карьеру делали, а он — полностью приезжий. В год проходят семь-девять заседаний госсовета, глава приходит ровно раз в год, когда у него отчет. [Во время митингов] люди стоят на крыльце правительства республики, кричат: „Гапликова в отставку!“ — а ему и дела нет. Самое главное, что все более-менее политически активные люди понимают, что это — временщики, гастролеры, они все равно уедут. Почему единороссы так себя ведут [поддерживают республиканскую власть]? Он же уедет, а вы здесь останетесь!» — негодует депутат.

В 2020 году республике Коми предстоят выборы в госсовет, также голосование состоится в 17 из 20 муниципалитетов региона. Национальные активисты рассчитывают, что их представители могут победить в целом ряде округов. Например, Николай Удоратин собирается выдвинуться в госсовет в Сыктывкаре. У коммунистов тоже серьезные надежды на кампанию. «8 сентября [2019 года] разыгрывалось 70 мандатов на муниципальных выборах, из них мы взяли 14. При этом в Ижемском районе прошли все восемь наших зарегистрированных кандидатов, в Княжпогостском районе — шесть из 10», — приводит цифры Олег Михайлов.

В КПРФ считают, что сейчас в республике кандидату-коммунисту победить легче, чем представителю «Единой России». «Протестные настроения очень сильны, — соглашается журналист Павел Андреев. — Многие местные кандидаты могут выиграть из-за шиесской истории: доверие к власти — минимальное».

По мнению Игоря Сажина из «Мемориала», попытка национальных активистов получить власть в «Коми войтыр» — это для них начальный политический этап: «Если они переиграют республиканскую бюрократию на уровне выборов в „Коми войтыр“, то захотят и политического успеха». Съезд движения коми состоится в феврале 2020 года.

Автор: Андрей Перцев, Сыктывкар, Ижма

Редактор: Владислав Горин

Sign in to follow this  


0 Comments


Recommended Comments

There are no comments to display.

Guest
Add a comment...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

×
×
  • Create New...